Неделя Всех святых, воскресенье, 7 июня 2026 года: что будет в храме?

Неделя Всех святых. 

07 мая  2026

Как писал апостол Павел, «одному дается Духом слово мудрости, другому слово знания, тем же Духом; иному вера, тем же Духом; иному дары исцелений, тем же Духом; иному чудотворения, иному пророчество, иному различение духов, иному разные языки, иному истолкование языков» (I Кор. 12. 8-11). Таким образом, согласно словам апостола, Церковь почитает самых разных людей, получивших бесценный дар Святого Духа через свою жизнь или через свою смерть. Сколько всего святых в христианстве — неизвестно. Мы не узнаем обо всех мучениках первых веков христианской церкви, сокрытыми от нас останутся имена подвижников и иноков, живших в удалении от мира и так горячо молившихся за мир, что их молитвами мир стоит до сих пор, также не знаем имен тех, кто погиб за веру в прошлом веке. Церковная канонизация, определяя прославление святого в обществе людей, не определяет прославление святого у Бога: для судьбы человека неважно, прославлен ли он Церковью, ведь это лишь признание факта, официальное благословение на всенародное почитание.

Святые почитались с самых ранних веков христианства. Вначале это были апостолы, затем мученики, принявшие смерть, но не отрекшиеся от своей веры. За ними последовало почитание выдающихся церковных деятелей, святителей, подвижников. С укреплением христианства на Руси начали чтить благоверных правителей и правительниц и преподобных иноков. Также мы чтим защитников древлего благочестия, которые не приняли реформы патриарха Никона и остались верны православной вере, принятой Русью во времена князя Владимира. Совсем недавно, в прошлом столетии, жили те, кого мы сейчас почитаем как священномучеников и мучеников, пострадавших от безбожной советской власти. Если обратиться к истории христианской Церкви, мы видим, что  во все времена являлись миру святые, угодившие Богу. Праздник Всех святых известен с конца IV — начала V веков. Существует проповедь Иоанна Златоуста на память «всех святых, по всему миру пострадавших», в которой уже указывается день празднования, аналогичный существующему в настоящее время. Среди песнопений Ефрема Сирина есть упоминание о праздновании в честь всех святых 13 мая. Сирийский Лекционарий указывает пятницу после Пасхи как день празднования всех святых. Иерусалимская соборная практика V-VII веков, реконструированная по грузинскому переводу Лекционария, содержала праздники в честь всех мучеников (22 января) и в честь «всех апостолов и всех святых, принявших их учение» (16 апреля). Студийский, а затем и Иерусалимский Типиконы окончательно помещают праздник в честь Всех святых на первую неделю (воскресение) после Пятидесятницы. Такая последовательность праздников обнаруживает их логическую связь: святые просияли хоть и в разное время и различными подвигами, но по благодати единого Святого Духа, излившегося на Церковь в день Пятидесятницы.

Неделя Всех святых. Иконы

Сюжет изображения Всех святых образовался из сцены Страшного суда и представляет торжество всех праведников в Раю. Самый ранний дошедший пример изображения этого сюжета — сакраментарий Х века (Геттингенская университетская библиотека), где изображены ряды святых и ангелов, поклоняющихся Агнцу (расположен по центру). Святые изображаются вокруг коленопреклоненными, часто они протягивают в сторону Агнца свои венцы. На Западе к XIV веку эта трактовка сюжета была вытеснена другим иконографическим типом: место Агнца заняла Троица или Бог Отец. Вокруг находятся ангелы и Богородица (на престоле рядом с Богом). Таковы иллюстрации к «Граду Божьему» Августина и другие книжные иллюстрации.

В иконописи наиболее распространенный вариант иконографии следующий: большая часть иконы — двойная сфера, по центру которой находится Исус Христос. По его сторонам Пресвятая Богородица и Иоанн Креститель. Во второй, внешней сфере — святые, представленные по ликам святости. Более редок вариант с изображением святых в арочных проемах, размещенных несколькими рядами в нижней части композиции. «Вокруг сфер обычно изображаются ангелы, евангелисты или символы евангелистов. На фоне вне сфер часто встречаются фигуры пророков Соломона и Даниила или Исайи и Иезекииля. (…) Образ Рая в нижней части иконы традиционен — на фоне зеленых кущ представлены три праотца — Авраам, Исаак, Иаков (Лоно Авраамово) и благоразумный разбойник. К этому сюжету близка икона «Шестоднев», которая включает семь праздничных сюжетов, в соответствии с традиционным литургическим посвящением семи дней недели. Последний, седьмой день, был днем отдыха, днем, когда Бог «почил… от всех дел своих» (Быт II, 2). «Он понимался как прообраз покоя, блаженного отдохновения, воссоединения праведных с Богом, которое должно было наступить по истечении исторического времени. В соответствии с подобными толкованиями, последняя композиция «Седмицы» — «Суббота всех святых» в иконах XVI-XVII века представляла собой образ блаженного покоя праведных, ожидающих второго пришествия».

Народные традиции в Неделю Всех святых

В народе Неделя Всех святых называлась «русальной». В это время было принято провожать весну. Весну провожали накануне начала Петрова поста, вечером, а в черноземной Руси (например, в Елатомском уезде Тамбовской губернии) на другой день (и также вечером) совершали эти проводы в лицах: молодые крестьяне, женатые и неженатые, наряжались в торпища (большая холщовая простыня или мешочная дерюга в виде полога) и прятались около села во ржи, поджидая, когда выйдут сюда девушки и молодые женщины. Тогда во ржи где-нибудь раздавалось легкое хлопанье кнутов, которыми запаслись мужчины. Девушки испуганно вскрикивали: «Русалоцки… русалоцки», — и разбегались в разные стороны. Вдогонку за ними пускались наряженные. Женщины спрашивали: «Русалоцки, как лен?» (уродится). Ряженые же указывали на длину кнута: «Ох, умильные русалоцки, какой хороший!»

В Пензенской губернии к этому дню молодежь приготовлялась еще за неделю, с самого Троицына дня. Один наряжался козлом, другой надевал на руки и на ноги валеные женские сапоги и изображал собой свинью, третий шагал на высоких ходулях, четвертый наряжался лошадью. С этой палкой в руке, прикрытый торпищем, парень являл собой подобие коня, ставшего на дыбы. Был еще один способ наряжаться лошадью — для этого на палку надевалась головная лошадиная кость, а самую палку обивали пологом и окручивали веревкой, у которой один конец оставался свободным. За этот повод уздечки брался ловкий молодец, изображавший вожака и руководивший скачками и пляской упрямой, норовистой лошади. Она брыкалась, разгоняя хохочущую толпу девчонок и мальчишек, а тут же рядом с ней бодался козел, постукивая деревянными челюстями и позванивая подвязанным колокольчиком. При этом играли музыкальные инструменты: гармошки, балалайки, скрипки и раздавались громкие и звонкие звуки от ударов в печные заслонки и сковороды. Иногда ряженые ограничивались тем, что просто пачкались сажей и с шумом и треском обходили всех состоятельных жителей, заслуживая пляскою трепака угощение водкой. Сами проводы весны совершались следующим образом: впереди шли с лошадью русалыщики, за ними бежали вприскочку перепачканные ребята, которые подгоняли кнутами передних. В поле, за деревней, делали несколько холостых выстрелов из ружей, а в честь русалок выделялась бойкая девушка, которая, с палками в руках, скакала взад и вперед. Затем лошадиную голову бросали в яму до будущего года — это и означало проводы русалки и прощание с весной. Наигравшись в своем селе, ребята переходили в соседние деревни и продолжали веселье там.

По материалам сайта: https://ruvera.ru